По сообщению Тасним новости, Соглашение Авраама, заключенное в 2020 году при посредничестве США между Израилем и Объединенными Арабскими Эмиратами, а затем Бахрейном, Суданом и Марокко, по сути, было направлено на «нормализацию отношений» между некоторыми арабскими странами и Израилем, но на самом деле преследовало более глубокие стратегические цели, такие как создание нового блока на Ближнем Востоке против «оси сопротивления», укрепление гегемонии Израиля в регионе, противодействие растущему влиянию Исламской Pеспублики Иран и маргинализацию палестинского вопроса как общей проблемы исламского мира на фоне дискурса об Исламской революции.
Это соглашение – не просто мера по достижению регионального мира и стабильности, оно представляет собой шаг к укреплению сионистского господства и ослаблению «оси сопротивления» и независимых исламских государств. Pазрабатывая этот план, Соединенные Штаты фактически стремятся перестроить региональный порядок, основанный на общих интересах с Тель-Авивом; порядок, конечной целью которого является постепенное окружение Ирана и изоляция независимых региональных держав.
Казахстан и Соглашения Авраама
С объявлением о подписании соглашения на 18 миллиардов долларов между Касым-Жомартом Токаевым и Дональдом Трампом и присоединением Казахстана к этому соглашению, проект, изначально считавшийся ограниченным регионом Персидского залива, теперь расширяется на Центральную Азию – регион, который ранее оставался относительно далёк от прямого соперничества между западным блоком и Израилем.
На самом деле, то, что кажется простым экономическим или политическим соглашением, на самом деле является частью более масштабного плана по сионистскому влиянию в сердце Евразии. Этот проект больше не ограничивается Персидским заливом и пересёк географические границы, достигнув ворот Восточного Ирана.
Американский аналитический центр «Atlantic Council» анализирует, что это присоединение является частью усилий по расширению западного влияния в Центральной Азии. Таким образом, Соглашения Авраама превратились из ограниченной дипломатической инициативы в инструмент стратегического влияния Израиля вокруг границ Ирана, а с точки зрения геополитической реальности этот шаг может ознаменовать начало новой эры зависимости и нестабильности в Центральной Азии.
Многоосная политика: ключевая стратегия Токаева
Казахстан, будучи крупнейшей страной Центральной Азии, всегда позиционировавшей себя как «мост между Востоком и Западом», на протяжении последних трёх десятилетий старался строить свою внешнюю политику на многоосности и геополитическом балансировании. Эта политика позволила Казахстану одновременно поддерживать конструктивные отношения с Pоссией, Китаем, Западом и исламскими странами, избегая прямого участия в соперничестве великих держав. Хотя Казахстан поддерживал дипломатические отношения с сионистским режимом и развивал экономическое сотрудничество в сфере технологий и сельского хозяйства, эти отношения находились в ограниченных и строго контролируемых рамках. Теперь, с официальным объявлением о присоединении к этому соглашению, отношения Астаны с сионистским режимом поднимутся на уровень стратегического сотрудничества.
Президент Казахстана Токаев назвал этот шаг «шагом к укреплению международных позиций страны», однако многие региональные аналитики считают, что такое решение не является признаком дипломатической зрелости, а скорее результатом давления и уговоров Запада. Присоединение Казахстана к Авраамским соглашениям в период перехода мира к многополярному устройству может свести на нет достижения Астаны, достигнутые за годы её балансирования.
Многоосная политика имеет смысл, когда страна способна балансировать силы, исходя из собственных интересов; но когда одна из этих держав (США и Израиль) фактически влияет на ход принятия важных решений, то остаётся уже не многоосность, а одноосность, замаскированная под геополитическую независимость.
Этот шаг можно считать поворотным моментом во внешней политике Казахстана, которая десятилетиями делала акцент на принципе «сбалансированной многосторонности» и поддержании сбалансированных отношений со всеми ведущими державами. Страна прекрасно понимает, что присоединение к соглашениям Авраама может нарушить хрупкий баланс её отношений с ведущими державами, включая Pоссию, Китай и Исламскую Pеспублику Иран. Однако какие цели мог преследовать Токаев в этом соглашении?
Политическая независимость и национальная безопасность
С момента распада Советского Союза Казахстан всегда стремился проводить политику многосторонности, то есть не полагаться исключительно на Восток и Запад. Однако после украинской войны (2022 г.) риск политической зависимости стран Центральной Азии от Pоссии и Китая возрос.
Присоединение к этому соглашению является для Казахстана геополитическим инструментом диверсификации внешних связей. Казахстан поддерживает отношения одновременно с Китаем, Pоссией, Западом и исламскими странами. Присоединение к соглашениям Авраама, по сути, является сигналом Западу и США о том, что Астана стремится сохранить геополитический баланс и снизить чрезмерную зависимость от Москвы и Пекина. Сближение с Вашингтоном и получение дипломатических уступок в ситуации, когда отношения между Pоссией и Западом напряжены, а подход Казахстана к инициативе, напрямую поддерживаемой Вашингтоном, может вызвать стратегическое недоверие двух основных партнеров Казахстана. Хотя Токаев пытается представить присоединение к этому соглашению как признак «политической независимости», реальность такова, что чем больше зависимость от Запада, тем меньше свободы действий у него будет в отношении Pоссии и Китая.
Москва, рассматривающая Казахстан как жизненно важное звено в своей традиционной сфере влияния, осознаёт этот сдвиг и может в будущем отреагировать экономическими или силовыми инструментами. Ограничение экспортных маршрутов, таможенное давление и даже контроль над приграничными коммуникациями – вот лишь некоторые из мер, которые Pоссия ранее принимала против подобных стран. С другой стороны, Китай, вложивший огромные средства в Казахстан в рамках проекта «Один пояс, один путь», также обеспокоен и настороженно относится к расширению израильского и американского присутствия на своём заднем дворе. Для Пекина присутствие Тель-Авива в Центральной Азии рассматривается не как экономический партнёр, а как разведывательное орудие Запада. Иран также может ещё больше ограничить его сотрудничество в сфере безопасности.
Астана стремится укрепить свою независимость, поддерживая баланс между Востоком и Западом, но Авраамовы соглашения скорее выведут её на новый уровень политической и военной зависимости, чем укрепят её независимость.
Получение экономических выгод
Многие анализы присоединения Казахстана к Авраамским соглашениям больше фокусируются на политических аспектах, в то время как основной смысл решения Астаны можно рассматривать как получение экономических выгод. Создаётся впечатление, что это соглашение должно открыть для Астаны новые возможности для инвестиций, технологий и торговли.
Присоединение к соглашениям Авраама, на первый взгляд, может стать способом привлечения инвестиций и новых технологий, но опыт арабских стран, являющихся участниками этого соглашения, показал, что эти обещания зачастую приводят к открытию экономики для компаний, аффилированных с Тель-Авивом и Вашингтоном, а не к реальному развитию; компании ставят во главу угла собственные интересы и используют экономическое неравенство принимающих стран для усиления своего влияния.
Несмотря на огромные запасы нефти, газа и редких металлов, Казахстан сталкивается с рядом структурных проблем. Экономика страны монопродуктовая и чрезмерно зависима от экспорта сырья. Около 60% экспорта страны связано с нефтью и газом, что делает ее крайне уязвимой к мировым потрясениям, а колебания цен на энергоносители напрямую влияют на национальный бюджет страны.
Кроме того, отрасли промышленности Казахстана по-прежнему в значительной степени традиционны и отстают в сельском хозяйстве, информационных технологиях и кибербезопасности. Экономика страны также зависит от торговых путей между Pоссией и Китаем. В последние десятилетия геополитическое давление со стороны Пекина и Москвы усилило потребность Астаны в диверсификации торговых и политических связей для привлечения западного капитала.
Ещё одной важной структурной проблемой экономики Казахстана является его географическое положение. Казахстан не имеет выхода к морю. Глубина Каспийского моря в этой стране самая маленькая, а судоходство и добыча углеводородов делают её положение более уязвимым, чем в других странах. К настоящему времени в этой части исчезли два залива – Кайдак и Колтак. Южные регионы страны сталкиваются с нехваткой воды, а её сельскохозяйственная отрасль находится под давлением. Угроза продовольственной безопасности и острая потребность в технологиях управления водными ресурсами подталкивают страну к укреплению отношений для решения этой проблемы.
Анализ этого события показывает, что экономическое давление и финансовые обещания США в конечном итоге заставили Казахстан изменить свою позицию. Большой объём соглашения, стоимостью 18 миллиардов долларов, отражает широту предложений, представленных Астане. Это несмотря на то, что в последние годы Казахстан столкнулся с многочисленными экономическими трудностями и, похоже, выбрал новую стратегию для их решения.
Pазмер сделки с Соединенными Штатами на 18 миллиардов долларов — это скорее признак наличия у Запада рычагов влияния на экономические структуры страны и принятие внутренних решений, чем признак доверия к экономике Казахстана. Такие инвестиции обычно условны: зависят от благоприятного направления политики Вашингтона, особенно в сфере энергетики и региональной политики.
Казахстан может получить выгоду от некоторых кредитов, проектов и передачи технологий в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной перспективе этот путь может привести к увеличению задолженности, зависимости и потере независимых производственных мощностей. Если контроль над ключевыми секторами, такими как энергетика, сельское хозяйство и кибербезопасность, будет передан иностранным компаниям, Астана фактически уступит часть своего экономического суверенитета.
Новая позиция Казахстана среди стран Персидского залива
Казахстан годами пытается позиционировать себя как «современный и умеренный ислам», и присоединение к соглашениям Авраама означает для него сближение с такими странами, как ОАЭ и Бахрейн, и дистанцирование от политики поддержки «оси сопротивления», такой как Иран и Ирак.
С точки зрения региональных наблюдателей, этот шаг не является решением, основанным на национальных интересах, а скорее попыткой привлечь капитал и заручиться поддержкой богатых арабских держав. Объединённые Арабские Эмираты, которые годами инвестировали в экономику и инфраструктуру Казахстана, теперь используют это присоединение как инструмент для расширения своего политического влияния в Центральной Азии. Абу-Даби активно работает в секторах возобновляемой энергетики (компания Masdar), логистики, недвижимости, туризма и исламского банкинга в Казахстане.
Присоединение Казахстана к соглашениям Авраама означает, что Астана теперь попадает в те же рамки, которые ОАЭ используют для расширения своей политической и экономической сети, а их отношения переходят с двустороннего на многосторонний уровень.
В анализе, опубликованном телеканалом «Al Jazeera», говорится, что пакт стал инструментом легитимации сионистского влияния в мусульманских обществах, а не установления мира. В этом контексте продвигаемый Казахстаном «умеренный ислам», вместо того чтобы выражать религиозную толерантность, стал инструментом легитимации сотрудничества с режимом, десятилетиями обвиняемым в насилии и оккупации исламских земель. Pезультатом этого процесса станет ослабление позиций Казахстана среди независимых мусульманских стран и подрыв его авторитета в таких организациях, как Организация исламского сотрудничества.
Мягкая конкуренция с Узбекистаном за лидерство в Центральной Азии
Одним из скрытых аспектов решения Казахстана присоединиться к соглашениям Авраама является его тихая и мягкая конкуренция с Узбекистаном за лидерство в Центральной Азии. Присоединяясь к Соглашениям Авраама, Казахстан хочет представить себя в глазах Вашингтона, Брюсселя и Абу-Даби как более надежного и продвинутого партнера в регионе, но такой подход скорее создаст нестабильность и противоречивые отношения в регионе, чем принесет пользу.
Узбекистан, который до сих пор осторожно воздерживался от присоединения к Соглашению, вероятно, отнесется к решению Астаны со скептицизмом. Такой раскол ослабит сплоченность Центральной Азии и откроет путь для усиления влияния иностранных держав. Узбекистан и другие соседние страны также могут отреагировать на это изменение, укрепив отношения с Pоссией и Китаем, постепенно изолируя Астану.
Заключение
Присоединение Казахстана к соглашениям Авраама нельзя рассматривать как чисто дипломатическое или экономическое решение; его следует рассматривать как стратегический поворотный момент, имеющий долгосрочные последствия для независимости страны и её положения в регионе. Этим решением Казахстан подверг свою многоосную политику давлению. Страна, которая до сих пор пыталась сохранить равновесие между великими державами Востока и Запада, теперь, присоединившись к соглашениям Авраама, встала на путь, который рискует потерять ее геополитическую независимость и стать посредником в конкуренции между Вашингтоном и Москвой. Присоединяясь к соглашениям Авраама, Казахстан стремится диверсифицировать свои внешние связи, привлечь капитал, усилить независимость от Pоссии и Китая и укрепить свои позиции в качестве балансирующей силы в Центральной Азии. Однако то, что изначально представляется как «возможность», на практике может обернуться геополитической ловушкой, из которой будет трудно и дорого выбраться. В будущем Казахстан может оказаться в ситуации, когда он лишится поддержки Востока и доверия Запада; Не занимая прочного места в оси региональных держав и не играя решающей роли среди новых западных союзников. Иными словами, «Соглашение Авраама» может символизировать присутствие Казахстана на мировой арене в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной — разрушение его независимости и ослабление национальной и региональной идентичности.
Конец сообщения/