По сообщению Тасним новости, в понедельник агентство «Фарс» в своём сообщении со ссылкой на «полевые наблюдения и сообщения граждан» проинформировало о ракетных испытаниях в Хорремабаде, Мехабаде, Исфахане, Тегеране и Мешхеде. Кроме того, ряд изображений, опубликованных в социальных сетях, демонстрировал белый след ракеты в небе над несколькими регионами Ирана. В то же время  Гостелерадио Ирана со ссылкой на «некоторые осведомлённые источники» опровергло данную информацию, заявив, что наблюдавшийся след был связан с «пролётом самолёта на большой высоте».

Западные стратегические аналитики считают, что Иран находится в процессе восстановления и усиления своей ракетной программы, что усилило обеспокоенность Израиля и привело к росту опасений относительно необходимости применения военных опций против иранской ракетной инфраструктуры.

По данным журнала «Forbes», с учётом усилий Тегерана по восстановлению ракетной программы Израиль в настоящее время рассматривает иранскую ракетную программу как более серьёзную угрозу в краткосрочной и среднесрочной перспективе, чем ядерную программу Ирана.

Pанее телеканал «NBC News» сообщил, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в понедельник подтвердил своё намерение в ходе предстоящей встречи с президентом США Дональд Трамп не только выразить обеспокоенность Израиля попытками Тегерана восстановить ракетную программу, но и представить планы нанесения удара по Ирану.

Как отмечает «Forbes», хотя Нетаньяху, возможно, сможет заручиться поддержкой Трампа для проведения превентивной кампании против Ирана до того, как усилия Тегерана по восстановлению ракетного потенциала достигнут своих целей, вовлечение США в «дорогостоящий конфликт» в Карибском бассейне или Южной Америке может серьёзно нагрузить американские военные ресурсы. В результате США могут оказаться не в состоянии поддерживать и защищать Израиль в конфликте с Ираном так же, как это происходило в июне.

В условиях возможной эскалации между Ираном и Израилем восстановление иранского ракетного потенциала вызывает серьёзную обеспокоенность Тель-Авива, а сам Израиль сталкивается с риском ошибочных расчётов и повышенной чувствительности в военных действиях. Одновременно аналитики сообщают об усилении давления со стороны США и военной подготовке в Карибском регионе, что может привести к более масштабному кризису или даже полномасштабной войне с серьёзными военными издержками для Вашингтона. Сообщается об увеличении американского военного присутствия в Карибском бассейне и операциях против судов, подозреваемых в контрабанде наркотиков, однако критики считают, что это может быть частью более широкой кампании давления и даже смены режима. Аналитические материалы и стратегические обзоры ясно показывают, почему многие международные наблюдатели полагают, что давление США на Венесуэлу выходит далеко за рамки борьбы с наркотрафиком и направлено на политические изменения, тем более что президент США прямо заявил, что не исключает возможности войны с Венесуэлой.

Если США решат полностью поддержать Израиль в крупномасштабной войне с Ираном, такая поддержка не ограничится политическими заявлениями. Она будет включать развёртывание современных систем противовоздушной обороны и перехвата (таких как SM-2, SM-3 и THAAD) на Ближнем Востоке, воздушную дозаправку, разведывательную поддержку, размещение авианосных ударных групп и оснащённых кораблей в регионе, а также масштабное логистическое обеспечение и поставки боеприпасов в ускоренном режиме.

Кроме того, в случае концентрации внимания внешней политики США на Карибском бассейне — особенно если Вашингтон начнёт крупную операцию против Венесуэлы — значительная часть американских воздушных и морских сил может быть размещена именно в этом регионе. Это приведёт к сокращению числа американских кораблей, бомбардировщиков и систем ПВО на Ближнем Востоке, снижению прямых возможностей поддержки Израиля и вынудит его в большей степени полагаться на собственные ресурсы и помощь региональных союзников. Совместная американо-израильская система противоракетной обороны, которая до сих пор эффективно отражала иранские ракетные угрозы, ослабнет, что может повысить уязвимость Израиля.

Во время сионистского удара по Ирану в июне 2025 года, который привёл к 12-дневной войне, основная нагрузка по отражению иранских ракет легла на сложные системы ПВО, значительная часть которых функционировала при поддержке США. В случае сокращения этой поддержки Израиль окажется более уязвимым для иранских ракетных и беспилотных атак и будет вынужден быстрее расходовать собственные ресурсы.

Если Израиль вновь нанесёт удар по Ирану на фоне напряжённости между США и Венесуэлой и при сокращении прямой американской поддержки, оборонные издержки Израиля возрастут, внутреннее политическое давление усилится, а вероятность поспешных решений увеличится.

Иран, в свою очередь, может воспользоваться снижением уровня американской поддержки и нарастить ракетные и беспилотные удары с целью истощения израильской системы ПВО, а также использовать международные площадки для извлечения выгоды из экономической изоляции Израиля. Такой сценарий может привести к более затяжному и затратному конфликту для обеих сторон.

Это создаёт для Вашингтона серьёзную политическую дилемму. Даже если его ресурсы будут задействованы в другом конфликте, США формально не смогут оставить Израиль без поддержки, поскольку это подорвёт стратегический авторитет США в регионе и среди её союзников.

Как подчёркивают западные аналитики и СМИ, сценарий «способность вести боевые действия в двух крупных региональных конфликтах одновременно» в 2026 году представляется возможным, но крайне сложным и беспрецедентным, без каких-либо гарантий его неизбежности. Тем не менее существующие оценки считают его вероятным на стратегическом уровне и подчёркивают, что совпадение подобных кризисов может серьёзно распылить ресурсы США, привести к колоссальным затратам для Вашингтона и фактически помешать полноценной поддержке на обоих направлениях.

При этом, проблемы не уменьшат вероятности просчета со стороны Нетаньяху, поскольку Израиль может предположить, что Соединенные Штаты будут вынуждены поддержать его «рано или поздно» и пойти на риск..

Следует отметить, что у США есть опыт ограниченных одновременных конфликтов, таких как участие в Афганистане и война в Ираке в период 2003–2011 годов, однако этот опыт не включает ведение двух дорогостоящих полномасштабных войн в удалённых друг от друга регионах. Одновременные региональные войны с высокими издержками создадут беспрецедентную нагрузку на Пентагон. Хотя после окончания холодной войны Пентагон официально сказал, что США должны быть способны «почти одновременно управлять двумя крупными региональными конфликтами», ключевой момент заключается в том, что эта доктрина существовала на бумаге, а не на практике, и именно она привела к длительным и дорогостоящим конфликтам.

Кроме того, анализ внутренней ситуации в США показывает, что сегодня страна слабее, чем в тот период: по сравнению с 2003–2011 годами американская армия стала меньше, общественное мнение — более антивоенным, а государственный долг значительно вырос. Параллельно США вовлечены в стратегическое соперничество с Китаем и Pоссией.

В целом, если в 2026 году стремление США любой ценой сохранить вовлечённость в Карибском регионе приведёт к войне с Венесуэлой, а Израиль вследствие ошибочного расчёта начнёт новую военную операцию против Ирана с целью уничтожения его ракетного потенциала, одновременность американского конфликта с Венесуэлой и сионистского удара по Ирану поставит Израиль перед «крупнейшим стратегическим риском в его истории».

В крупной войне без гарантированной немедленной и полной поддержки США Израиль не будет военным образом уничтожен, однако, с учётом опыта 12-дневной войны июня, столкнётся с истощением системы ПВО, внутренним давлением в военном кабинете, поражением в общественном мнении из-за ощущения небезопасности и ослаблением региональных позиций, одновременно способствуя росту смелости и влияния Ирана в регионе. Следует учитывать, что сила Израиля заключается не только в его военном потенциале, но и в «уверенности в присутствии США за кулисами». Любой сценарий, подрывающий эту уверенность, даже без военного поражения, может рассматриваться как стратегическое поражение.

Конец сообщения/